В эти дни в кипрской прессе несколько раз упоминали системы противовоздушной обороны, купленные для Кипра четвертым президентом страны Глафкосом Клиридисом. Это история из конца 1990-х годов, развязку которой я хорошо помню. Тогда кипрское государство заключило сделку о покупке одной из самых современных систем ПВО своего времени. Контракт на российские комплексы С-300 был подписан, кипрские специалисты прошли в России шестимесячную подготовку по их использованию, деньги по контракты были перечислены, но на Кипр С-300 так и не прибыли. Эта история стала одним из самых напряжённых дипломатических кризисов в регионе. А ещё, мне кажется, ее можно добавлять в учебники, по которым учатся будущие лидеры.
Глафкос Клиридис решил надёжно защитить Кипр
Эта история произошла почти тридцать лет назад и хорошо показывает, насколько сложными бывают решения в международной политике.
Начало 1990-х годов было для Кипра непростым периодом. Стало понятно, что решение кипрской проблемы откладывается, турецкие войска на Кипре надолго, самопровозглашенная республика в северной части острова укрепляется.
Бывший военный летчик был выбран президентом Кипра. Но понимал, что система безопасности государства требовала укрепления. И президент Клиридис начал активную работу по усилению обороноспособности страны.
Я написала биографическую книгу о Глафкосе Клиридисе, назвала её «Глафкос Клиридис: безупречная репутация и нравственные принципы». Вот отрывок из главы, в которой упоминалась ситуация, сложившаяся вокруг покупки С-300.
«Годы президентства Клиридиса (1993-2003) были ознаменованы усилением безопасности Кипра. В 1993 году Кипр и Греция заключили Соглашение о совместной обороне, вызвавшее ярость в Анкаре и недовольство в Лондоне. Как человек, прошедший войну, он всегда стремился к миру, но был уверен, что лучшая защита – это наличие современного вооружения и сильных союзников. И принял решение купить у России зенитно-ракетные комплексы С-300.
Позже Клиридис под международным давлением вынужден был отказаться от уже купленной системы ПВО, но при этом сделал неожиданно сильный ход: не отказался от заказа, а передал уже купленное вооружение Греции. В итоге С-300 установили на Крите, а Кипру Греция за это отдала не деньги, а часть другого вооружения, не вызывавшего международный резонанс».
Из-за чего тогда возник международный скандал?
Решение о покупке С-300 вызвало очень резкую реакцию Турции. Анкара открыто заявляла, что размещение таких систем на острове будет рассматриваться как угроза и может привести к военным действиям. В ситуацию быстро оказались вовлечены и другие страны.
Лондон и Вашингтон опасались резкого роста напряжённости в Восточном Средиземноморье. Поэтому давление на Никосию усиливалось. И получился из этого крупный международный дипломатический кризис. Ракеты были уже оплачены, но доставить их на остров президент никак не мог, сильные страны дожимали, их аргументы становились всё опаснее, маленький Кипр оказался в сложной ситуации.
С-300 считались супер-системой ПВО
В середине 1990-х годов С-300 считался одной из самых современных систем противовоздушной обороны в мире.
Комплекс был разработан в Советском Союзе для защиты крупных территорий от авиации и ракетных ударов и отличался большой дальностью, высокой точностью и способностью одновременно отслеживать несколько целей. В зависимости от модификации С-300 мог поражать воздушные цели на расстоянии до 150 километров и на значительной высоте. Система была способна перехватывать самолёты, крылатые ракеты и баллистические цели.
Для небольшого государства, каким является Кипр, появление такого комплекса изменило бы баланс сил. Не только на самом острове, но и в Восточном Средиземноморье. Именно поэтому контракт на поставку С-300 вызвал столь сильную международную реакцию и стал предметом напряжённых дипломатических переговоров.
Мудрое решение
При подготовке книги я много беседовала с людьми, хорошо знавшими Глафкоса Клиридиса. Среди них был и Иоаннис Касулидис. Он много лет работал с Глафкосом Клиридисом и хорошо знал логику его решений. Кроме того, несколько лет он был официальным представителем правительства Клиридиса и находил правильные слова, чтобы разъяснить кипрскому народу то, какими мотивами руководствовался лидер страны.
Касулидис описывает четвёртого президента Кипра как дальновидного государственного деятеля с европейским демократическим мировоззрением, человека, ценившего реализм в политике и стремившегося всегда найти приемлемые компромиссы. Клиридису приходилось принимать непростые решения в ключевые моменты кипрской истории.
Вот фрагмент нашего разговора, касавшегося истории с С-300:
И.К.: Не знаю, помните ли вы ситуацию с покупкой ракет С-300 из России.
Н.К.: Да, и у меня много вопросов по этому поводу.
И.К.: Он поддержал это решение, но в конце, когда правительство Греции под руководством Симитиса решило отказаться от поддержки этого проекта и убедило Клиридиса не привозить ракеты на Кипр, Клиридис публично заявил: «Я беру на себя ответственность», хотя его сильно давили представители греческого правительства. И по сути, провал этой затеи был на их совести.
Н.К.: Будучи мудрым человеком, хорошо разбирающимся в политике, он, вероятно, мог предположить, что ему не позволят доставить С-300 на Кипр. Я права?
И.К.: У этого есть объяснение. Он использовал вопрос о возможной поставке С-300 как сигнал тревоги для международного сообщества, чтобы они не оставались равнодушными к тому, что происходит на Кипре, а наоборот, помогли в достижении решения.
Он объяснял нам, его соратникам, почему принял решение не заявлять публично, что это греческое правительство остановило реализацию проекта. Если бы он рассказал детали сделки, это вызвало бы недовольство среди греков-киприотов по отношению к Греции.
А он считал, что важно всегда поддерживать хорошие отношения с правительством в Афинах. Клиридис не хотел, чтобы греки-киприоты ещё раз почувствовали, что Греция их предала.
Это могло бы стать вторым серьёзным разочарованием. Первое было связано с тем, что Греция не смогла дипломатическими или военными методами защитить Кипр после переворота.
Но я упомянул именно этот случай, как классический пример того, как Клиридис брал на себя ответственность за решение публично.
В ответ на вопросы «Кто принял решение не устанавливать зенитно-ракетный комплекс на Кипре?» он публично заявлял: «Это моя ответственность». Так же и отвечал на вопрос о том, почему ПВО не было установлено на Кипре, кто принял решение не развертывать систему на острове. Он не хотел перекладывать вину на других.
Клиридис брал на себя ответственность не только за свои действия, но и за действия других. Он чувствовал себя обязанным это делать. Если ты лидер, ты несёшь ответственность за своих министров, за своих партнёров, за свои решения и за решения людей, которым доверяешь. Это и есть определение государственного деятеля. Он был государственным деятелем и таким останется в памяти людей.
Что в итоге произошло с закупленной системой ПВО?
Компромиссным решением стало размещение комплексов С-300 на острове Крит в Греции. Таким образом Кипр формально не отказался от контракта и система ПВО всё же была развернута в регионе. Клиридис добился своего, настолько, насколько смог.
Напряжение вокруг острова удалось снизить, а такой красивый дипломатический ход добавил президенту Кипра уважения от коллег, которые понимали, насколько сложной была ситуация в то время.
Греции комплекс достался бесплатно, ведь Кипр уже оплатил покупку. В обмен Кипр получил от Греции другие виды вооружения, не вызывавшие столь сильной международной реакции.
Политика — это искусство компромиссов
История С-300 показывает, как устроена реальная международная политика. Иногда решения принимаются не только исходя из военных расчётов, но и из дипломатических, союзнических и стратегических соображений.
Глафкос Клиридис, которого многие киприоты до сих пор считают одним из самых опытных государственных деятелей страны, умел принимать такие сложные решения и брать ответственность на себя.
Именно это, возможно, и отличает прежние поколения политиков от сегодняшних, делающих громкие заявления в социальных сетях.
Глафкос Клиридис принадлежал к поколению политиков, для которых дипломатия была прежде всего искусством ответственности. Он родился в 1919 году и прожил жизнь во времена, когда международная политика ещё строилась на неписаных правилах уважения между государственными деятелями, даже если они представляли противостоящие стороны. Это была политическая культура, уходящая корнями в поколение лидеров середины XX века – таких как Уинстон Черчилль, Франклин Рузвельт и Шарль де Голль. Люди этого поколения прошли через войну, понимали цену конфликтов и поэтому старались избегать шагов, которые могли привести к необратимой эскалации. Его стиль принятия решений, чувство ответственности и умение видеть ситуацию на несколько шагов вперёд заметно отличаются от того, что мы наблюдаем в мировой политике сегодня. В последнее время кажется, что прежние правила дипломатии постепенно уходят, а уважение между государственными деятелями всё чаще уступает место громким заявлениям и эскалации конфликтов тогда, когда ситуации могли бы решаться путем переговоров.
Наталия Кардаш
